— Ну, что тут сказать... — Старик усмехнулся, и забил кисеру табаком вновь. — Много чего случилось за последнее время на земле Оногоро, пока тебя не было!
Он звонко, как это умеет благородная старость, рассмеялся и похлопал себя по колену, пока не успокоился.
Тонкие сухие пальцы зажгли пламя и старик начал нагревать конец трубки. Через какую-то минуту-другую он уже вдохнул в себя пары живительного дыма и вновь улыбался.
— Вот теперь да... Теперь можно рассказать. Слушай внимательно...
Рассказами о кошках-нэкоматах я тебя утомлять, разумеется, не буду. Эти проказницы те ещё! И кто-то сочтёт за удачу столкнуться с такой, да только я бы поостерёгся, и тебе советую! Вот! Есть вещи поважнее...
Говорят, например, о женщине, проклятой неизвестным колдовством али тварью какой. За ней по пятам гонятся ненавистники, да токмо не по своей воле; на то их толкает проклятье! Многим местам она принесла горе и несчастье, сама того не желая, и за то бедную девушку ненавидят только больше... И говорят, значит, что встретила она свой конец на островах Хирадо, где и людей-то почти нет, повстречав дикого инугами. Да только знаешь, между нами говоря... не верю я в эти слухи!
Старик заговорщически подмигнул и вытряхнул истлевший табак. После продолжал.
...покажет себя ещё проклятая оммёдзи, покажет, уверен. Не может она так просто сгинуть, точно тебе говорю.
А вот что ещё приключилось: на острове Яширо, слыхал, видали самого настоящего ваиру! А на нём прилетел могущественный дух, который вместе с юным даосом, — девушкой! — и молодым наёмником прогнали напасть, поразившую гору Ирудзен: изгнали оттудова всех юрэй! Вот так вот! Подробности? Ну, подробностей покамест, уж извини, не знаю...
Зато могу подробно рассказать про Призрачный Храм, слыхал о таком? То-то же! Настоятель его, мудрый они по имени Хоозуки, хочет собрать под его крышей всех ёкаев, которые не хотят вражды с людьми, и даже посылает за этим своих монахов. Об одной таковой я знаю, потому что видели её люди в местах всяких на Яку, да не одну, а в компании самураев и даже в бою! С последним, правда, ничего не ясно. Говорят, схлестнулись в нём не на жизнь а на смерть лунные самураи, да только как пыль улеглась — никто ничего не нашёл! Вот и не знаю, что даже ещё об этом сказать!
Старик, выпучив глаза, хлопнул в ладоши от досады, а затем тяжело вздохнул, словно спуская всю тяжесть мира со своих плеч, и вновь зажал потрескавшимися губами мокрый конец кисеру.
Вот ещё потешный случай: говорят какой-то пройдоха объегорил даосский храм в Ширакаве, да стащил оттуда что-то целое! Поговаривают, что служители этого храма целый день потом по городу бегали, выискивали вора, но только найти так и не смогли, а как спросили, что похитили, так и сказать ничего не смогли! Видать, что-то случилось действительно, а что — поди ж ты разбери! Думается мне, между нами говоря, что они и не даосы вовсе, да-да. А сектанты или бандиты какие... много разбойников на Касадо, они и на монахов порой нападают, что о простых людях говорить! Хоть и борются с ними как могут... Настолько одерзели, что не бойся даже гейш похищать, вы только подумайте! Ну ничего, им ещё вставят, это я точно говорю!
Старик беззлобно рассмеялся. Он явно не боялся за свою жизнь. Недаром в шутку говорят, что после первого прожитого века чувство опасности как-то притупляется.
Ну а о последнем событии, думаю, ты и сам знаешь. Небеса покрылись сумраком, грозы тут и там, молнии, жуть! Верно, досточтимый господин?
Старик вытряхнул кисеру вновь и спрятал трубку за пазухой. Глаза его на миг закрылись, а когда отворились — не было в них человеческого блеска, лишь что-то неземное и неведомое. Улыбка расползлась широко-широко, до самых ушей.
— Верно, Идзанаги?
Краткий взмах ладонью прервал жизнь бренного тела, а мужчина спокойно поднялся. Кажется, он начинал понимать.
Интересно, подумал он, как история сложится дальше?
